Совет при Президенте Российской Федерации
по развитию гражданского общества и правам человека

Мысловский Евгений Николаевич
Президент регионального общественного фонда противодействия организованной преступности и коррупции «АНТИМАФИЯ»

"Псари" на кухне правосудия

  • Опубликовано 10 Апреля 2017
  • 586 просмотров

(продолжение анализа дела Ражапова и братьев Цетитевых)

И вот наступил день, которого так мы все ждали – 4 апреля 2017 года и что он принёс подсудимым? А ничего. Очередное продление срока содержания под стражей аж ещё на три месяца! Что на этот раз положили судьи в основу своего "ледяного решения" – им, мол, неизвестна позиция потерпевших в отношении освобождения подсудимых. А вдруг они против?

Меня почему-то перестаёт удивлять тупая равнодушная нелогичность судей – за что они борются? За законность или за корпоративную солидарность? Неужели им непонятно, что в любом случае им не удастся вынести обвинительный приговор? Нет у прокурора доказательств, их не было раньше и не будет уже в будущем. Но стоят судьи до последнего…А я вот думаю, почему в кабинетах наших судей нет плаката "Помни о пекаре", который висит в каждом итальянском суде, как напоминание о  казнённом лет двести назад за совершение преступления, которого он не совершал венецианском пекаре. Или, может быть иного содержания, например: "Помни о 600 тысяч необоснованно репрессированных в 1936-37 годах", реабилитацией которых занимались с 1956 года почти двадцать лет. Между прочим, среди этих 600 тысяч было 25 тысяч сотрудников НВД, судов и прокуратуры, которые в эти годы сами занимались репрессиями.

Мне лично очень повезло. На ранней стадии моей следственной практики мне довелось работать вместе с такими следователям, как О.В. Гневковская (прокуратура г. Москвы) и О.С. Пруткина (прокуратура Читинской области), которые сами отсидели по нескольку лет и после реабилитации окончив юридический вуз пошли на следственную работу. Они хорошо знали, что такое беззаконие. Именно они учили нас молодых следователей тому, как  надо тщательно относиться к сбору и оценке доказательств. Они сделали мне "прививку" от беззакония  на всю жизнь. А что случилось с нынешними следователями, прокурорами и  судьями?

Вот и следователь В.И. Павлов включился в эту похабную игру –"своих не сдаём!" 31 марта на устный запрос прокуроров-обвинителей из городской прокуратуры, вступивших в процесс,  он дал такой ответ: "…В ходе расследования в следственное управление по Восточному округу ГСУ СК России по г. Москве явились Дутаев Ш.Б., Арцихаев М.М. и Азиев Р.А., которые будучи допрошены в качестве свидетелей, сообщили о своём участии вместе с Закриевым А.Э. 21.09.14 г. в конфликте с  работниками МЧС.

Проверяя полученную информацию о причастности Дутаева Ш.Б., Арцихаева М.М., Азиева Р.А. и Закриева А.Э. к нападению на сотрудников МЧС, потерпевшим Щанкину И.М., Ходякину А.В., Коновальчику А.В., Лапко Ю.М., Звонарёву Р.В., Евдокимову Р.А. и Масхумову Р.А., свидетелю Баговиевой Ф.З. указанные лица предъявлены для опознания по фотографиям. По результатам проведённых следственных действий потерпевшие и свидетели никого не опознали.

Кроме этого, в ходе предварительного следствия допрошены    Виталинский Ю.Ю. и Виталинский С.Ю., в доме которых якобы арендовали жильё Закриев А.Э., Дутаев Ш.Б., Азиев Р.А. и Арцихаев М.М. Указанные лица также не подтвердили факт проживания вышеперечисленных лиц в своём доме.

Кроме того, в ходе расследования произведена выемка травматического пистолета принадлежащего Дутаеву ШБ. из которого, согласно показаниям свидетеля, он произвёл выстрелы во время конфликта с сотрудниками МЧС. По уголовному делу назначена судебная баллистическая экспертиза производство которой до настоящего времени не завершено.

Согласно ст. 38 УПК РФ следователь уполномочен самостоятельно направлять ход расследования, принимать решения о производстве иных следственных и процессуальных действий, в том числе уполномочен при наличии оснований принимать решение о привлечении лица в качестве обвиняемого.

В настоящее время, с учётом наличия существенных противоречий показаний явившихся лиц собранным по уголовному делу данным у следователя отсутствуют законные  основания для предъявления обвинения Дутаеву Ш.Б., Закриеву А.С., Азиеву Р.А. и Арцихаеву М.М."
Если перевести этот документ на обычный русский язык, то он будет звучать так : "Да, они явились и рассказали как всё это было, но я им не верю
".

А вера не требует доказательств! Органы не ошибаются!

Правда, не совсем понятно почему он вдруг заговорил о своих полномочиях – может быть прокуроры спросили почему он не предъявил им обвинение? И здесь с Павловым можно согласиться: а, собственно говоря, за совершение какого преступления им надо предъявлять обвинение? А кто разбил лицо Закриеву? Кто грубо нарушил общественный порядок, начав избиение молодого человека? За то, что испугавшись за судьбу товарища Дутаев применил пистолет? Тут, в лучшем случае можно усмотреть превышение пределов необходимой обороны, а за причинение легких телесных повреждений при превышении пределов необходимой обороны уголовная ответственность не предусмотрена.

Здесь действительно нелёгкое положение у Павлова. Признай он, что ребята говорят правду – и надо будет решать вопрос об ответственности и пожарных, и, самое главное, своих коллег, незаконно отправивших за решётку невиновных ребят, а заодно и судей, продлевающих им арест из месяца в месяц, а заодно и прокуроров, утвердивших бездоказательственное обвинительное заключение и всеми силами пытавшихся хоть как-то удержать разваливающееся обвинение.
Тяжёлая доля досталась следователю. Вот и выискивает он увёртки: свидетель и потерпевшие не опознали по фото, владелец жилья утверждает, что у него они не жили, баллистическая экспертиза ещё не окончена. И хотя господин Павлов дорожит своей независимостью, позволю себе, как бывший старший следователь по особо важным делам  при Прокуроре РСФСР, дать пару советов: а почему бы вам, уважаемый коллега, не предъявить на опознание  Дутаеву и другим граждан Виталинских – может тогда у них проснётся память; или не сделать выход на место происшествия с Дутаевым и другим, где они  покажут дом, в котором они "якобы" не жили". И уже последнее замечание по поводу баллистичекой экспертизы – лично мне интересно, что исследуют баллисты, если гильзы и изъятые из тел потерпевших пули хранятся при деле по обвинению Ражапова и братьев Цетиевых и не истребованы для проведения экспертизы?

Заинтриговала меня и позиция вступивших в процесс старшего прокурора отдела государственных обвинителей уголовно-судебного управления прокуратуры г. Москвы Д.В.Дадюры и прокурора того же отдела С.С. Тарасовой, которые почему-то решили устно  запросить у следователя В.И. Павлова результаты расследования. Впрочем, этот нюанс сейчас не играет никакого значения – для нас главным является тот факт, что прокуроры получили официальную письменную информацию о том, что выделенное дело действительно расследуется и что по делу имеется информация о лицах, действительно участвовавших в конфликте. И тем более странным прозвучало в суде выступление  Д.В. Дадюры, который давая заключение по очередному ходатайству адвокатов об изменении меры пресечения заявил, что он не хочет повторяться и считает, что никаких новых обстоятельств не имеется, а поэтому меру пресечения в виде заключения под стражу надо оставить прежней.
В общем, очередная "лапша" на уши. И ребята продолжают сидеть…

И каким-то странным диссонансом с мнением сотрудников аппарата мосгорпрокуратуры прозвучало мнение Владимира Ивановича Торговченкова, кандидата юридических наук, прокурора Тамбовской области, государственного советника юстиции 3 класса, высказанное им в статье «Обвинительный приговор — это не самоцель для прокурора» : "Согласно   https://mail.rambler.ru/m/redirect?url=http%3A//budget.1jur.ru/%23/document/99/420393372/ZA00MK22NU/&hash=4f55d0b1f9d3adc59df29944c0d2e665" \t "_blank ст. 6 УПК РФ назначением уголовного судопроизводства являются защита прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений, а также защита личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод. То есть обвинительный приговор во что бы то ни стало, осуждение человека, если ему предъявлено обвинение, — это не самоцель прокурора. Государственный обвинитель вправе полностью или частично отказаться от обвинения, если придет к убеждению, что представленные доказательства не подтверждают предъявленное обвинение. Случаи обоснованных, мотивированных отказов от обвинения в прокуратуре области имеют место. При этом никто не допускает никакого давления на государственного обвинителя, принуждения к отстаиванию выводов следствия." (Журнал "Уголовный процесс" №4 2017 г. http://budget.1jur.ru/)

Вроде бы и новый Московский прокурор придерживается такого же мнения, но может быть в г. Москве среди правоохранительных структур бытует практика отразившаяся в старой русской пословице: "Жалуцет царь, да не жалует псарь." ?

 


Социальные комментарии Cackle

© 1993-2017 Совет при Президенте Российской Федерации 
по развитию гражданского общества и правам человека

Ошибка в тексте? Выдели её и нажми:
ctrl + enter