Совет при Президенте Российской Федерации
по развитию гражданского общества и правам человека

Борисов Игорь Борисович
Председатель совета Общероссийской общественной организации «Российский общественный институт избирательного права»

Полтора часа в эпицентре протеста

  • Опубликовано 12 Июня 2017
  • 447 просмотров

12 июня, взяв с собой самое главное для ожидаемого «политического флешмоба» (именно к такой категории я отнес это мероприятие после его окончания) - фотоаппарат и удостоверения члена СПЧ и других общественных советов, я направился туда, куда московские власти настоятельно просили не ходить – на несанкционированный митинг на Тверскую улицу.

Ни участвовать в мероприятии, ни призывать разойтись в мои планы не входило. Мной, как правозащитником, двигала потребность разобраться, кто и как мог нарушить закон либо ущемить права и законные интересы граждан.  

Без нескольких минут 14 часов я был на Пушкинской площади. Сама площадь была закрыта – велись строительные работы. По Бульварному кольцу и по Тверской улице до 16 дома, как и было запланировано ранее, движение автотранспорта не перекрывалось. От Пушкинской площади к мэрии Москвы, где были организованы праздничные мероприятия, посвященные Дню России,  горожане и гости столицы двигались уже по проезжей части, въезд на которую был перекрыт КАМАЗами, и метров через 50 проходили через рамки  металлоискателей.

Сотрудники полиции периодически объявляли по громкой связи, что митинг разрешен только на проспекте Сахарова. Очень много было представителей СМИ с фото- и видеокамерами – я насчитал не менее двух десятков, в том числе иностранных. Что является точным признаком – главные медийные события будут здесь. Так оно и оказалось.

Многие корреспонденты (далеко не все), как ранее рекомендовал СПЧ, были в ярко-желтых жилетах с надписью «СМИ». Но это, как я догадываюсь, были журналисты, которые не хотели становиться участниками мероприятия. Ведь у каждого журналиста – свое редакционное задание. Например, съемочная бригада ВВС, у которой я специально уточнил, была аккредитациями от МИД РФ и ГУВД Москвы, но они были без жилетов и других опознавательных знаков прессы, но готовы были их предъявить.

В 14.15 как-то даже неожиданно (операторы искали откуда дать крупный план) рядом со мной раздался призывающий крик трех-четырех молодых человек с уже обкатанными 26 марта «кричалками». Это было так неожиданно, что их никто не поддержал и выкрики тут же утонули в общем шуме толпы, двигающейся вниз по Тверской. Но как я понял, это было даже не начало, это была перекличка перед началом. На противоположной стороне Тверской у дома № 16 им также ответило 3-4 голоса. И группки молодежи тут же вихрем начали заполнять проезжую часть Тверской между 16 и 17-м домами, где ожидали прохода через металлоискатели отдыхающие и праздношатающиеся граждане.

В 14.17 над образовавшейся толпой были подняты транспаранты формата А3 – около четырех самодельных листов, но именно благодаря им был обозначен «эпицентр протеста», куда начали подтягиваться участники несанкционированного митинга, а оттуда – пытались выйти ничего не подозревавшие отдыхающие граждане. В меня с широкими глазами уперся молодой папаша со спящим младенцем в летней прогулочной коляске. «Где вход в метро?» - испуганно спрашивал молодой человек. «Давайте, поднимайте ребенка над головой и быстрей выходите отсюда, потом метро найдете», - пытаясь перекричать толпу, подталкивал я его к выходу.

Правоохранители среагировали  мгновенно, перекрыв проход к месту празднования Дня России для молодежи, которая  хотела чего-то, но явно не праздника.

В 14.25 попытались развернуть черный транспарант длинной метров пять-шесть, но не получилось.
Я был прижат к стене дома № 17. У каждого, кто был рядом со мной была какая-то причина находиться именно здесь и сейчас – все либо снимали, в том числе на телефоны, либо отписывались в чаты.

Рядом со мной была прижата к стене молодая пара – Людмила и Александр (обеим около 25 лет). Они уже не первый раз принимают участие в подобных акциях (именно участвуют – криком поддерживали все запущенные «кричалки»)  – последний раз это было для них 26 марта. Подвергались административных наказаниям. Именно поэтому, на мой взгляд, их сегодняшнее участие ограничилось стоянием у стенки дома, а не потому, что в «центре тесно». Ответить на мои вопросы они согласились после того, как я им предъявил удостоверение члена СПЧ. «А это тот СПЧ, где Федотов?» - спросили ребята. «Да, Михаил Александрович»,- ответил я.     

- Почему мы не на Сахарова? – переспросила меня Людмила, - Навальный сказал, что там нет «звука» и это опасно для проведения массовых мероприятий. Толпа сзади не услышит, что говорят на сцене и может раздавить впереди стоящих!

- Послушайте, но ведь это бред по сравнению, что происходит здесь! – пытался понять я  настоящую причину их прихода на Тверскую.

- Позор! Позор! – как-то воодушевленно и даже радостно уже поддерживали они крик собравшихся, прокатившийся между 16 и 17-м домом по Тверской.

– «Позор» это значит, что кого-то задержали, - пояснили они мне. Т.е. первое задержание, на которое отреагировали участники несанкционированного мероприятия, было в районе 14.40, через тридцать минут после его начала.

- Нам еще сказали, что без плакатов сегодня задерживать не будут!

- Как не будут? Ведь задерживают за нарушение общественного порядка, даже если без плакатов! – попробовал логично возразить я.

- Не знаю в Интернете такая информация. Вот, на сайте «Медуза» такая инфа! И смотрите, нам сообщают, что задержали корреспондента с видеокамерой!!! Позор!

-  Но мы же с вами здесь и этого не видели…

Но ребята растворились в толпе. Наверно, хоть в центре было и тесно, но на «обочине» не хватало «драйва» и им тоже хотелось быть соучастниками некого своего созданного образа «движения сопротивления», неважно кому (здравой логике или текущим реалиям), главное здесь и сейчас.

Я попытался выбраться, но участники несанкционированного митинга создали неимоверную давку. ОМОН по несколько человек (очень крепкие ребята) «пробивали» проходы в толпе, через которые удавалось выбираться по несколько человек, оказавшимися запертыми в этой людской ловушке.

В 15.10 полиция начала оттеснять толпу с проезжей части, корректно рассекая ее на сектора и вытесняя за пределы Тверской улицы на Тверской и Страстной бульвары. При этом ни одного взмаха над толпой ни дубинки, ни кулака зафиксировано не было (ни с одной, ни с другой стороны).

- Изверги! Убивают! – неистово закричала пожилая женщина, до этого мирно сидящая на ступеньке подъезда дома № 17 по Тверской улице.  Это было так громко и не соответствовало происходящим вокруг событиям, что все расступились. Женщина засмущавшись, прекратила кричать.
Но чувствовалось, что собравшимся на несанкционированный митинг не хватало финала, некого «экшена».

Полиция на моих глазах задержала шесть-семь человек (именно столько раз сканировалось слово «позор» участниками акции). Но со стороны полиции все было очень корректно. Один молодой человек, которого полицейские вывели за руки из толпы, возмущался, что был только в одном ботинке и требовал вернуть второй. Никаких других претензий со стороны задержанных внешне не проявлялось. Такое впечатление, что все они априори понимали, что являются правонарушителями (за участие в несанкционированных мероприятиях), но естественное русское «авось» требо вало еще поискать возможные пути выхода из неприятной ситуации.

Хочется отметить достаточно агрессивное поведение «ядра участников» несанкционированного митинга относительно правоохранителей. «Защитнички вы народные! - постоянно бросали в лицо рядовым полицейским, сдерживающих натиск толпы, - Конституцию почитайте. Это мое право говорить, что я хочу и где я хочу!»

К сожалению, «радетели конституционных прав», даже не задумались скольким москвичам и гостям столицы они испортили праздник!

- Зато есть, что выложить в Инстаграм, - напоследок махал мне гаджетом «сосед» из толпы, - Вот если бы удалось собрать хотя бы 1 % москвичей, но, блин, кто ж пойдет…

Примерно так «неудовлетворенно» для участников около 16.00 и закончилась несанкционированная акция на Тверской улице в районе Пушкинской площади.

Конечно, это моя субъективная оценка несанкционированного мероприятия из его «эпицентра». Но, тем не менее, она очень показательна.

Во-первых, грамотные действия полиции даже при проведении задержаний участников несанкционированного митинга уже не находят отторжения  у законопослушной части населения, которая невольно становиться свидетелем и невольным участником этих чрезвычайных событий.

Во-вторых, полицейские не поддавались на многочисленные провокации и не отвечали на полные сарказма и неистового презрения слова, бросаемые из толпы в их адрес.

В-третьих, надо отдать должное и москвичам, которые волей случая оказались в этой толпе (по моим оценкам около 3 тысяч человек). Они уже не становились «толпой» и не реагировали на провокационные призывы. Попытки «раскачать» толпу и оказать физическое сопротивление полиции рассыпались, так и не начавшись (пять-шесть молодых людей, периодически пытались сделать «заслон» движению ОМОНа, но их никто не поддерживал).

В качестве предложений при возникновении подобных ситуаций: официальным представителям полиции необходимо четче через громкоговорители информировать население по отдельным секторам публичного мероприятия. Люди, зажатые в толпе, начинают метаться в поисках выхода и не могут сориентироваться, в какую сторону идти, чтобы выбраться из этого «публичного ада демократии» (как заметил, глава семейства, ищущий выход из давки).   

В целом при благополучном исходе этого несанкционированного мероприятия (без жертв, увечий, ранений) какой-то нехороший осадок у меня остался. То ли потому, что наша молодежь, участвуя в несанкционированных акциях, думает, что играет «в царя горы», «захватывая власть» на площадях,  а полиция «работает» с ними по-настоящему, а административное наказание (не говорю про уголовное) может испортить всю только начинающуюся молодую жизнь. То ли потому, что попытки самореализоваться  и быть услышанными для части нашей молодежи материализуются по «серому» сценарию – на несанкционированных митингах, спровоцированных далеко не самыми лучшими политиками, в ущерб прав и законных интересов других лиц.   
   
Член Совета при Президенте Российской Федерации
по развитию гражданского общества и правам человека
И.Борисов

 


Социальные комментарии Cackle

© 1993-2017 Совет при Президенте Российской Федерации 
по развитию гражданского общества и правам человека

Ошибка в тексте? Выдели её и нажми:
ctrl + enter