Совет при Президенте Российской Федерации
по развитию гражданского общества и правам человека

Шевченко Максим Леонардович
Президент Центра стратегических исследований религий и политики современного мира

Левиафан в янтаре. О митингах 12 июня

  • Опубликовано 19 Июня 2017
  • 349 просмотров
Дело не в численности людей, которые вышли на акции протеста, а в их энергетике
 

Почти все комментаторы высчитывают, сколько людей было на митингах – больше или меньше, нежели 26 марта. В этом смысле Навальный выиграл, а власть проиграла. И это безусловно так, поскольку власть совершенно не знает, что делать с этим феноменом «протестной активности», и практически во всех высказываниях прокремлевских комментаторов ощущается беспомощность.

Какие-то жалкие рассказы про то, что Навальный действует политтехнологически неправильно, совершает ошибки, что «кто же летом организует протест, когда надо осенью», что он на самом деле фюрер и прочий бред. 

 

 

Шевченко: «У власти вообще нет никакой концепции, которую она могла бы противопоставить или предложить»

Видно, что у власти вообще нет никакой концепции, которую она могла бы противопоставить или предложить для переговоров протестному движению.

Причина этой беспомощности проста: власть так долго играла в консерватизм, что она в этом консерватизме завязла, я бы сказал, как муха в янтаре, если бы государство не было драконом, Левиафаном. 

И этот «Левиафан в янтаре» сам себя там законсервировал. 

Шевченко: «Тон нравоучительного всезнайки так сильно достал многих, что Навальный очень четко угадал это настроение»

Но молодежь – это ведь не консервативная прослойка! Молодежь свободно разговаривает, свободно двигается, она хочет сама принимать решения в жизненно важных вопросах. И совершенно не хочет, чтобы какие-то дяденьки и тетеньки менторским тоном рассказывали ей, как надо себя вести, думать, дышать, любить и ненавидеть. 

Однако тон, которым государство в последние годы разговаривало с молодыми людьми – этот тон нравоучительного всезнайки так сильно достал многих, что Навальный очень четко угадал это настроение. Навальный как бы говорит: «Мало того что король разговаривает с вами, как сошедший с ума учитель морали и нравственности, – так король-то еще и голый, точнее, лживый! У короля-то, оказывается, есть еще и дворцы, замки, яхты и т.д.».

 Фото: lenta.ru

И пусть власть и ее комментаторы будут убеждать молодежь, что это не дворцы, а если и дворцы, то не те и принадлежат не этому, а вот этому, и что миллиарды подарены законно – все это вызывает только усмешку и сожаление. 

Потому что в столкновении с карнавальной культурой молодости важные и серьезные всегда проигрывают. 

И при этом важные и серьезные добавляют к своим скучным объяснениям репрессии. 

Однако невозможно запугать 16-18-летних! 

 

Шевченко: «Власти страшно разговаривать с 16-18-летними, страшно дать им свободу действия и творчества»

Похоже, что власти страшно с ними разговаривать, страшно дать им свободу действия и творчества, страшно изменить по отношению к ним социальную политику – не рассказывать им опостылевшую чушь про «Великую Россию», а поднять стипендии до уровня европейских, облегчить доступ к высшему образованию и перестать стыдливо умалчивать о чудовищном социальном неравенстве в России, делая вид, что так и надо, что весь этот разгул неоимперского нуворишества и бриллиантового мещанства – это правильно и хорошо. 

Так что Навальный просто оседлал тут волну и то настроение, которые не сегодня возникли.

Но! Интересен еще один поворот – растущая критика Навального со стороны былых лидеров и апологетов Болотной (они же космополиты-благополучатели 90-х). Враждебное интервью Собчак, истерическая риторика Пархоменко и Ганапольского, Орешкин, открыто обвиняющий Навального в авторитаризме и говорящий, что он опаснее Путина... все это не случайно...

Шевченко: «Они чувствуют, что мир, в котором они живут – отвратительно лжив и несправедлив»

Они испугались – ведь за Навальным сегодня идут не хипстеры, не «лучшие люди страны» (с мечтой об американском и израильском гражданстве), не гуру западнического либерализма, кормившиеся у ног Гусинского, Фридмана или Березовского. 

За ним (или, точнее, использовав его имя как повод для протеста!) идет молодежь «из предместий», дети мелкой буржуазии и трудящихся, левеющие и радикализирующиеся на глазах. Тем более под дубинками Росгвардии, гуляющими по их спинам и головам...

Конечно же, этот перелом наступил в момент публичного столкновения Навального с Усмановым – олигархом из 90-х, в наибольшей степени из них всех похожим на человека. 

 

 Шевченко: «Власть слаба, как слаб каждый, кто, не имея аргументов и не желая меняться, прибегает к насилию»

Навальный посягнул на святое – поставил под сомнение источник миллиардов олигархии 90-х и потребовал чуть ли не национализации награбленного ими.

Вольно или невольно, в пылу спора он вбросил левую повестку в десятки миллионов идущих за ним зрителей его видеороликов.

Они не читали Маркса, и Зюганов кажется им музейным экспонатом, но:
– они чувствуют, что мир, в котором они живут, отвратительно лжив и несправедлив;
– что российский капитализм – мошенничество, не оставляющее им шансов;
– что власть слаба, как слаб каждый, кто, не имея аргументов и не желая меняться, прибегает к насилию.

Это левая позиция. И она будет укрепляться по мере взросления этих ребят.

Чудеса (которые для принимающих концепцию «ворон ворону глаз не выклюет» никакие не чудеса!) возможны. Мы еще увидим союз Пархоменко, Шендеровича, Латыниной и того, что они называют «полицейским государством».

Источник: КАВПОЛИТ


Социальные комментарии Cackle

© 1993-2017 Совет при Президенте Российской Федерации 
по развитию гражданского общества и правам человека

Ошибка в тексте? Выдели её и нажми:
ctrl + enter