Совет при Президенте Российской Федерации
по развитию гражданского общества и правам человека

Мысловский Евгений Николаевич
Президент регионального общественного фонда противодействия организованной преступности и коррупции «АНТИМАФИЯ»

Как назначают убийцами (продолжение темы о недоложенных Президенту России вопросах)

  • Опубликовано 16 Декабря 2019
  • 577 просмотров

 

В плане моего несостоявшегося выступления на встрече ленов СПЧ с В.В.Путиным стола и информация ещё о нескольких делах, касающихся лиц, осуждённых за убийство. Приведу в значительном сокращении ещё одно из таких дел.

19 февраля 2018 года во время приёма граждан  в г. Махачкала в период выездного заседания СПЧ в республике Дагестан на приём  обратился гр-н Гюльмагомедов Ф.А. с заявлением о необоснованном привлечении его отца Гюльмагомедова А.Ф. и брата Гульмагомедова И.А. к уголовной ответственности за якобы совершённое ими убийство гр-на Сафаралиева М.Р.

Данное заявление было передано для изучения  члену СПЧ, участвовавшей в приёме граждан, журналистке Масюк Е.В., которая по материалам своего изучения подготовила  для редакции "Новой газеты" статью под названием "Старики-разбойники. Дагестанские реалии" (13.04.2018 г.).

  Статья, в которой говорилось о явных злоупотреблениях следствия, была опубликована 13.04.2018 года и разослана во все правоохранительные органы Республики Дагестан, включая Прокуратуру Дагестана. Ни какой официальной реакции от этих органов на публичное выступление СМИ не поступило.

30 января 2019 года в Совет по развитию гражданского общества и правам человека при Президенте России (СПЧ) поступило повторное заявление от гр-ки Гульмагомедовой Р.А,

Из обращения Гюльмагомедова А. Ф. в адрес Председателя СПЧ Федотова М.А. от 25.01.2019 года следует, что признательные показания он и другие осуждённые по данному делу дали в результате применения к ним пыток.

Родственники обвиняемых Гюльмагомедова А.Ф. (отец) и Гюльмагомедова И.А. (сын) представили для изучения копии имеющихся у них материалов уголовного дела: 14 томов следственного производства, 9 томов обвинительного заключения, 3 тома протоколов судебных заседаний. По поручению М.А. Федотова все представленные материалы были мною детально изучены. Выяснилась следующая картина.

Приговором Верховного Суда Республики Дагестан от 14 декабря 2016 года (председатель судья Зульфигаров К.З. с участием присяжных заседателей, прокурор-обвинитель Латифов В.Л.) признаны виновными и осуждены по  пп. «ж,з» ч.2 ст.105 УК РФ: 

Абдурагимов Абдулахед Абдурагимович–к 18 годам лишения свободы, Гюльмагомедов Айдемир Фейзуллаевич к 17 годам лишения свободы; Османов Гаджииса Джамалович к 15 годам лишения  свободы; Гюльмагомедов Ибрет Айдемирович к 18 годам лишения свободы.

В приговоре указывается, что примерно в октябре или в начале ноября 2013 года жители г. Дербента Абдурагимов А.А. и Гюльмагомедов А.Ф. решили завладеть имуществом своего знакомого Сафаралиева М.Н., который занимался предпринимательской деятельностью в области оптовой торговли спиртными напитками и для этого совершить его убийство. Для участия в совершении данного преступления Абдурагимов А. А. с согласия Гюльмагомедова А.Ф. привлёк своего знакомого Османова Г.Д., а также сына Гюльмагомедова А.Ф. – Гюльмагомедова И.А. Последний по предложению Абдурагимова А.А. привлёк ещё одного не установленного следствием человека, которому поручил достать необходимые для исполнения при совершении нападения огнестрельное оружие, камуфлированую одежду и маски.

Участники планировали  совершить нападение на Сафаралиева под видом лиц, придерживающихся радикальных взглядов и считающих торговлю спиртными напитками с точки зрения ислама недозволенной деятельностью, завладеть его автомобилем, вывезти его в другое место, где и совершить убийство.

Гюльмагомедов А.Ф. используя свои дружеские отношения с Сафаралиевым, располагая информацией о планах последнего и часто сопровождающий его в поездках, должен был сообщить остальным участникам группы о наличии у Сафаралиева денег и удобном моменте для совершения нападения.

В приговоре не содержатся ссылки на рассмотренные в суде доказательства, на основании которых суд сделал вышеприведённые выводы. Вместо ссылок на доказательства содержится лишь стандартная фраза; « …из вердикта коллегии присяжных заседателей следует…». На основании чего присяжные сделали свои выводы, в приговоре не раскрывается.

При исследовании материалов дела было установлено, что приговор фактически повторяет доводы обвинительного заключения и в основу приговора положены  показания подсудимых, данные ими непосредственно после их задержания. Однако эти показания противоречат объективным доказательствам, которые не были приняты судом во внимание, более того, укрыты от присяжных заседателей,  что свидетельствует о явном обвинительном уклоне следствия и суда. Более того, имеются основания считать, что в ходе предварительного расследования были допущены факты фальсификации доказательств.

Анализ представленных материалов уголовного дела и другой имеющейся  нашем распоряжении информации позволяет сделать вывод о том, что осуждение  всех подсудимых произошло в результате использования  первоначальных признательных показаний, явно сфальсифицированных и, к тому, же полученных в результате применения к подследственным мер физического воздействия (пыток). 

В судебном заседании все подсудимые виновными себя не признали, а информация о применении к ним пыток была скрыта от присяжных..

Информация о применении пыток поступила следователю практически сразу же: уже на допросе в качестве подозреваемого 28 декабря 2013 года (т.3 л.д.33-36) Гюльмагомедов Ибрет Айдемирович заявил, что его признательные показания даны им в присутствии назначенного ему, а не приглашённого им защитника после применения к нему пыток, иного физического и психического насилия.

14 января 2014 года Гюльмагомедов И.А. сделал заявление о том, что его признательные показания и ходатайство о заключении досудебного соглашения он подписывал в результате пыток со стороны работников МВД по Республике Дагестан, что в этих документах он оговорил себя в убийстве Сафаралиева (т.4 л.д.169)

Объективно свидетельствуют о применении к нему насилия следующие материалы уголовного дела:

Акт медицинского освидетельствования Гюльмагомедова И.А. при его поступлении 07.01.14 г. в  СИЗО-1 г. Махачкалы, которым установлено наличие у него под левым глазом синяка коричневого цвета размером 2х2 см., в области спинки носа синяк и ссадина покрытые коричневой коркой размером 1х0,5 см., в области груди спереди синяк красно-коричневого цвета размеров 15х8 см., в области поясницы кровоподтёки багрово-коричневого цвета размером 23х7 см.  (т.5 л.д.132)

Выписка из журнала осмотра от 28.12.13г. доставленных в ИВС, где у Гюльмагомедова И.А. были обнаружены следующие повреждения: на спине в области лопаток ссадины тёмно-бурого цвета, на плечах ссадины, в районе шеи с правой стороны ссадина, с левой стороны живота ссадина тёмно-синего цвета, в районе паха с левой стороны ссадины, правая щека припухлая тёмно-жёлтого цвета, под глазом с левой стороны ссадина тёмно-синего цвета, скулистая часть носа тёмно-красного цвета. (т.5 л.д.133)

В журнале медицинского осмотра СИЗО от 07.01.14г.(при поступлении в карантин) также указано, что при осмотре обнаружено под левым глазом синяк коричневого цвета, в области спинки носа ссадина, покрытая коричневой коркой, в области груди спереди синяк красно-коричневого цвета, в области поясницы кровоподтёк бордово-вишнёвого цвета. (т.5л.д.135) 

    04 января 2014 года следователь Магадаев с 15 час.50 мин. до 19 час 00 мин. при участии адвоката Квасова С.В. проводит проверку показаний на месте с Абдурагимовым А.А. На протоколе адвокат Квасов сделал очень осторожную приписку: " Полагаю, что подозреваемый Абдурагимов А.А. оговаривает себя под давлением сотрудников силовых структур. Прошу передопросить Абдурагимова в моём присутствии и провести ему суд.мед.экспертизу."

  04 января 2014 года следователь Магадаев отказывает в удовлетворении ходатайства адвоката о проведении экспертизы.

  Обвиняемый Абдурагимов Абдулахед Абдурагимович  06 января 2014 года в присутствии своего адвоката Квасова С.В. при предъявлении ему обвинения заявил следователю Магадаеву Г.М., что был подвергнут пыткам и побоям со стороны оперативных сотрудников и под страхом продолжения пыток вынужден был оговорить себя в причастности к совершённому преступлению и заявил, что от дачи показаний отказывается так чувствует себя плохо и физически и морально. На протоколе допроса адвокат Квасов делает заявление:"…обвиняемый оговаривает себя и заявляет защитнику в тайне от следователя о применении к нему незаконных методов в виде пыток, просит следователя лично отвезти его в ИВС без участия оперативных сотрудников. Требую срочной госпитализации Абдурагимова в мед. учреждение и проверки состояния его внутренних органов."

06 января 2014 года Магадаев отказывает в удовлетворении этого ходатайства. (т.4 л.д.100)

В обращениях Абдурагимова сообщалось, что к нему примерно с 18 часов 30 декабря до 19 часов 31 декабря 2013 года (т.е. больше суток!) применялись следующие пытки: надевание на голову пластикового пакета и периодического лишения доступа воздуха; удары ногами и руками по разным частям тела; удары полуторолитровой пластмассовой наполненной водой бутылкой и толстой книгой по голове; электротоком от генератора и электрошокером; насильное засыпание в рот большого количества соли и заливание в рот воды; лишение воды и пищи. В качестве психического насилия применялись угрозы в отношении членов его семьи.

Заявление Абдурагимова о применении к нему насилия объективно подтверждается  медицинскими документами.

Так, 31 декабря 2013 года при поступлении Абдурагимова в ИВС УВД г. Махачкалы при осмотре его фельдшером при внешнем осмотре было установлено его неудовлетворительное состояние и наличие у него ушибов и ссадин, раны на запястьях, на голове, жалобы на боли справа в области грудной клетке при вздохе, при осмотре и пальпации резкая болезненность, затруднённость дыхания, учащённое дыхание  в связи с чем  нему вызывалась карета «Скорой помощи».

02 января 2014 года в ИВС была вызвана «Скорая помощь». В этот же день его доставили в суд, где решался вопрос об избрании ему меры пресечения. В суде Абдурагимов заявил о применении к нему пыток, что было зафиксировано в протоколе судебного заседания.

  09 января 2014 года при поступлении Абдурагимова в СИЗО №1 г.  Махачкала у него были обнаружены телесные повреждения: ушиб грудной клетки справа, ссадины покрытые коричневой коркой в области нижней трети левой голени размерами 3х2 см., 3х3 см. и 2х2 см., ссадины в области голеней. Несмотря на оказываемую ему в СИЗО медицинскую помощь 21 января 2014 года он был каретой «Скорой помощи» госпитализирован в РКБ №2 г. Махачкала, где ему был поставлен диагноз: закрытая травма грудной клетки справа, перелом 5-6 ребёр справа со смещением костных отломков, обострение хронической язвы 12ти перстной кишки, осложнённое кровотечением и постгеморрагической анемией тяжкой степени, сахарный диабет, (чёрный стул, как следствие насильственного употребления соли). О том, что к нему применялись пытки он сообщил хирургу Назаралиеву Р.Г. В больнице Абдурагимов находился до 27 января 2014 года.

14 января 2014 г. обвиняемый Гюльмагомедов И. через своего адвоката подаёт заявление об отказе от всех своих признательных показаний, данных им под пытками и от заявления о досудебном соглашении. (т.4 л.д.169)

15 января 2014 года адвокат Гюльмагомедова А.Ф. направляет ходатайство своего подзащитного об отказе от своих признательных показаний, данных им  под физическим воздействием и страхом за жизнь сына, которого пытали в его присутствии, и заключения досудебного соглашения. (т. 4 л.д 175) (т.7 л.д. 13)

 15 января 2014 года защитник Османова адвокат Юсупов подаёт заявление в СК на имя Магадаева, в котором прямо указывает, что в период содержания Османова в ИВС Кировского РОВД г. Махачкалы к нему применялись пытки электрически током и сильные побои, что повлекло вызов к нему скорой помощи 02.01.14 года ( к ходатайству приложены копии медицинских документов).

 21 января 2014 г. Абдурагимов из СИЗО госпитализируется в хирургическое отделение БСМП, где у него было выявлено: болеет в течение 20 дней, когда появился стул чёрного цвета, общая слабость, Со слов пациента во время задержания был избит работниками МВД….закрытая травма грудной клетки справа. Перелом 5-6 ребер справа со смещением костных отломков, сахарный диабет… Находился в хирургическом отделении №1 Республиканской больницы №2 с 21 января по 27 января 2014 г."

В деле имеются и другие материалы о том, что сведения о  пытках поступали к лицам, проводящим следствие и осуществлявшими контроль за следствием - копия ходатайства адвоката Квасова от 14 февраля 2014 года была направлена Руководителю СУ СК по РД     Кабурнееву Э.В.( ныне Руководитель Главного следственного управления Следственного комитета России, генерал-лейтенант юстиции.), СК РФ и прокурору Республики Дагестан (Шахнавазову). Ответа на эти обращения не последовало.

  20 сентября 2014 г. (т. е. через 8   месяцев после первых   заявлений о применении пыток!) заместитель руководителя 2-го отдела по расследованию особо важных дел СУ СК РФ по Республике Дагестан Даудов З.А., осуществлявший непосредственное расследование данного дела подаёт рапорт о необходимости расследования факта применения пыток к Абдурагимову.

  20.10.14 г.,  он вторично подал рапорт на имя руководителя отдела Арслаханова А.Д., в котором сообщал, что обвиняемые в убийстве Сафаралиева Гюльмагомедов А.Ф., Гюльмагомедов И.А., Абдурагиомов А.А. и Османов Г.Д.  « на допросах и в своих заявлениях указывают, что в отношении них применялись недозволенные методы следствия, а именно применялись физическое и психическое насилие в период нахождения под стражей в здании ОМВД  по г. Избербаш.» (т.12 л.д.201

Аналогичный рапорт в тот же день был им направлен Арслаханову А.Д. с сообщением о применении пыток к обвиняемым в период их содержания в ИВС ОМВД по Карабудахкенсткому району. (т.12 л.д.202)

Точно такой же рапорт был направлен им в отношении работников ЦПЭ МВД России  по Республике Дагестан. (т.12 л. д. 203)

 22 октября 2014 г. в 18 час.00 мин. ст. следователь СУ СК РФ по РД капитан юстиции Малдаев М.М. выносит постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении пыток (т.14 л.д.  223-238).

 28 октября 2014 года руководитель второго отдела по расследованию особо важных дел СУ СК РФ по РД подполковник юстиции Арслаханов А.Д. выносит постановление об отказе в удовлетворении ходатайства защитника Османова адвоката Гамидова А.З. В частности в постановлении указано: «…По заявлениям о применении насилия в отношеении Османова Г.Д.,Гюлбмагомедова И.А., Гюльмагомедова А.Ф, Абдурагимова А.А. в отношении сотрудников полиции на наличие признаков преступления, предусмотренного ч.3 ст.286 УК РФ по рапортам заместителя руководителя второго отдела по расследованию особо важных дел СУ СК России по РД Даудова М.А. выделены материалы в отдельное производство для проверки в порядке ст.144-145 УПК РФ. Проверка поручена старшему следователю второго отдела по расследованию особо важных дел СУ СК России по Республике Дагестан  Малдаеву М.М.  22 10.2014 г. следователем Малдаевым по указанным фактам отказано в возбуждении уголовного дела по п.1 ч.1 ст.24 УПК РФ…»  В деле нет ни постановления о выделения материалов, ни копий выделенных материалов. В последствии в ходе судебного заседания это постановление сыграло ключевую роль в отказе предъявления присяжным всех показаний и материалов о применении к обвиняемым пыток. К попыткам оказать психологическое давление на подследственных  можно отнести и беспричинную «переброску» обвиняемых из СИЗО в районные ИВС, где с ними опять "работали" оперативные уполномоченные, что косвенно свидетельствует о причастности следователя к попытке оказания на них определённого психического давления и, возможно, создания условий для применения к ним незаконных силовых методов (пыток), чтобы вернуть их к первоначальным признательным показаниям.  Далее уже  во время судебных процессов подсудимые неоднократно заявляли о применении к ним пыток, но все эти попытки были пресечены судьёй.

Помимо данных о применении пыток, которые должны были служить безусловным основанием для признания  признательных показаний  обвиняемых недопустимыми доказательствами, их самооговор легко прослеживается при внимательном  анализе этих показаний.

В показаниях Гюльмагомедова А.Ф. упоминалось, что в разговоре с напавшими на них лицами они интересовались в какую мечеть ходит его сын Ибрет и как-то даже смягчились, узнав, что мечеть находится у карьера. По всей видимости, эта мечеть не вызывала особого доверия у полиции, однако, в материалах предварительного расследования ни сама мечеть, ни её прихожане, ни священнослужители не упоминаются, хотя Гюльмагомедов Ибрет, давая показания о своём времяпрепровождении в день совершения преступления говорил, что он до обеда был в мечети и вечером был там, сначала на намазе, а потом на изучении корана. Однако, эта информация следствием не проверялась.

Но уже 12 ноября 2013 года появляются рапорта заместителя начальника ОУР капитана полиции Фетулаева о том, что получена оперативная информация о причастности к убийству Сафаралиева Кавусова М.Г. и Гюльмагомедова И.А. с предложением о проведении у них обысков с целью отыскания оружия. Именно с этой информации и началось преследование Гюльмагомедова И. (Однако, эту информацию правильнее было бы назвать дезинформацией, поскольку ещё за 7 месяцев до данного происшествия, а именно 12 февраля 2013, 13:10 "СМИ "Кавказский узел" сообщил : 11 февраля вечером на границе двух районов Дагестана был введен режим контртеррористической операции (КТО). В ходе спецоперации на границе Табасаранского и Дербентского районов Дагестана по уточненным данным, уничтожены пять боевиков. По другим данным с сайта МВД Дагетана Кавусев был убит 08.10.13 г. Когда был уничтожен Кавусов точной информации не имеется, но, в любом случае, это произошло задолго до совершения нападения на Сафаралиева.)

 27 декабря утром в г. Дербенте работниками полиции был похищен Гюльмагомедов И. и доставлен в г. Махачкала. Никаких данных об этом задержании в деле нет.

28 декабря 2013 г.  зам. руководителем СК по РД  генерал-майором Тутаевым Т. Д. дело передаётся из районного отдела СК в Республиканский следственный комитет.(т.3 л.д.10-11) и передаётся следователю второго отдела по расследованию особо важных дел Загирову Р.Т. (т.3 л.д.13) (Никакого  внешнего процессуального повода для этого в деле нет, но это событие, видимо, произошло после того, как 28 декабря оперативные сотрудники  ЦПЭ, получив под пытками "признательные" показания Гюльмагомедова И. сообщили о якобы  раскрытом ими преступлении.)

 28 декабря 2013 г. в 14 час.50 мин. следователь Загиров в присутствии адвоката Ахмедовой составляет протокол задержания подозреваемого. (т.3 л.д.26) при составлении  протокола Гюльмагомедов Ибрет делает заявление: "вину свою в преступлениях которые мне вменяют признаю полностью по данному поводу желаю дать полные показания и понести наказание по всей строгости закона. (т.3 л.д.28) (Где находился Ибрет более суток с момента его фактического задержания неизвестно. Никаких документов о его задержании нет, как он попал в кабинет следователя Загирова – неизвестно.)       30 октября 2014 года (т.е. почти через год после происшествия!) Даудов выносит постановление о выделении материалов уголовного дела по факту похищения Гюльмагомедова И.А.27.12.2013 г. неизвестными лицами. Однако, и в этом случае никаких копий якобы выделенных материалов к постановлению не прикладывается и решения по данным материалам в деле нет.

 28 декабря 2013 г. с 16 час. 28 мин. до 18 час.16 мин. Загиров с применением видеозаписи в присутствии адвоката Ахмедовой допрашивает в качестве подозреваемого Гюльмагомедова И.А. и в этом допросе впервые упоминается сосед Гюльмагомедова   Джават Куруглиев.

 30 декабря 2013 г. с 07 час.10 мин. до 10 час.00 мин. следователь допрашивает в качестве свидетеля Османова Гаджиису, который даёт показания о том, что в нападении на Сафаралиева вместе с ним участвовал Кавусев. (Как он попал к следователю в 7 час. утра – неизвестно). И только во время дополнительного допроса в качестве подозреваемого 02.01.2014 г в показаниях Османова Гаджиисы появляется фамилия Джавата Куруглиева, как соучастника нападения. Чем вызвано столь радикальное изменение им показаний и почему в ранее данных показаниях он утверждал об участии  в нападении на Сафаралиева Кавусева следователь не выясняет. Но в данном случае опять появляется новое лицо – Джавад Куруглие. Его появление в допросах Гюльмагомедова И. и Османова именно в период 30.12.13г – 02.01.14 г. вызвано, по-видимому, тем, что на следующий день после нападения на Сафаралиева Куруглиев вместе с женой вылетел через Москву в Египет. Но накануне нового 2014 года г. Волгограде было произведено три террористических акта – взорван автобус, троллейбус и вокзал, в которых участвовали выходцы из Дагестана и в связи с этим были задействованы все оперативные ресурсы. Поскольку Джавад Куруглиев, являлся соседом Гюльмагомедова И. и поддерживал с ним дружеские отношения, но стоял на профилактическом учёте как возможный «вахабит», то его внезапный выезд из г. Дербента в ноябре 2013 г. вызвало подозрение в его причастности к террористам и на него была направлена ориентировка, в которой утверждалось,  что он и  его жена возможно выехали в Москву в качестве смертников для самоподрывов. Одновременно с этим, «проколовшись» на Кавусеве, оперативники решили включить в группу убийц Сафаралиева Куруглиева, предполагая, что он является самой подходящей фигурой: придерживается нетрадиционных взглядов на ислам, в настоящее время отсутствует в Дербенте, находится в розыске как потенциальный террорист-смертник и, возможно, его не смогут обнаружить и арестовать.

  07 января 2014 г. следователь Магадаев выносит постановление о предъявлении обвинения Куруглиеву Д.К. и выносит постановление об избрании в качестве меры пресечения  подписки о невыезде, а 09 января 2014 г. следователь Магадаев выносит постановление о розыске обвиняемого Куруглиева (довольно странное действие, поскольку  уже было известно, что он выехал в Египет и никто реально розыскивать его без санкции на арест не будет)  (т.4 л.д.159-163)

Итак, в период с 28 декабря 2013г. по 02 января 2014 г.  после применённых к допрашиваемым пыток все четверо «полностью признали себя виновными». Очерёдность их признания выглядит следующим образом: первым признаётся Гюльмагомедов И. (сын), затем Гюльмагомедов А. (отец), затем Османов и последний – Абдурагимов, который признаёт себя главным организатором этого преступления. Из их показаний, в общем-то, следовало, что они задумали совершить данное преступление за несколько дней до нападения, чётко спланировали его проведение, подыскали соучастника с оружием и камуфлированной одеждой,  первоначально убивать Сафаралиева не хотели, но спонтанно  получилось убийство, деньги забрали. То есть именно эта общая версия и была положена в основу обвинения и приговора. Вот только согласовать детали "авторы показаний" забыли, а поэтому их показания не совпадали.

Вот что происходило в суде в с вязи с заявлением подсудимых о применении к ним пыток. 31 октября 2016 г. - судебное заседание: судья  в очередной раз отказывает в удовлетворении ходатайства адвоката: "…доводы адвоката Мирзаханова не могут быть приняты во внимание, поскольку обращения в интересах Гюльмагомедова И.А. по поводу наличия у него телесных повреждений органом предварительного следствия проверены, не установлено, что телесные повреждения, обнаруженные у Гюльмагомедова И.А. 28.12.2013 г. при водворении в ИВС после задержания в качестве подозреваемого, могли быть причинены при его допросе в качестве подозреваемого 31.12.2013 г…" (Судья умышленно путает даты задержания и допроса?)  "…не установлены другие обстоятельства, свидетельствующие о применении в отношении Гюльмагомедова И.А. при его допросе пыток, иного насилия или другого незаконного воздействия с целью склонения его к даче показаний, либо нарушении его права на защиту…Сделанные в последующем в ходе предварительного следствия заявления в интересах Гюльмагомедова И.А., в которых утверждается, что признательные показания от 31.12.2013г. и другие даны им в результате пыток и иного насилия со стороны работников МВД, органом предварительного следствия проверены,…"(пр.суд.зас.стр.380-383) ( В целом же в ходе судебных процессов подсудимые более 20 раз делали заявления о применении к ним пыток и каждый раз эти заявления пресекались судьёй.)

В напутственном слове присяжным заседателям председательствующий на процессе член Верховного Суда Республики Дагестан прямо заявил: « …в ходе исследования доказательств участники процесса неоднократно в своих заявлениях затрагивали вопросы правового характера, в которых подвергались сомнению представленные доказательства, в своих заявлениях утверждали о получении доказательств с нарушением закона, особенно, при исследовании признательных показаний подсудимых, которые они давали на предварительном следствии, при исследовании которых подсудимые заявляли о том, что признательные показания на предварительном следствии они давали вынужденно, под пытками…Мной делались замечания сторонам и Вас просил не принимать во внимание указанные заявления правового характера, об обстоятельствах проведения следственных действий, в которых подвергались сомнению доказательства, законность их получения. Я вновь напоминаю вам, что такие заявления участников процесса незаконны, и Вы не должны принимать их во внимание при разрешении поставленных перед вами вопросов. При вынесении вердикта Вам следует исходить из того, что все доказательства, представленные сторонами, о которых я сейчас напомнил вам, получены с соблюдением требований закона и Вам следует их учесть…" (стр.31-32 Напутственного слова)

При решении вопроса о виновности подсудимых судом были проигнорированы следующие обстоятельства.

 

Впервые фамилия арестованного по другому делу члена НВФ (боевика) Баширова Нариманова, в связи с данным делом, прозвучала в ходе судебного рассмотрения данного дела 23 сентября 2016 г., когда адвокат Магомедов заявляет ходатайство о вызове Баширова Наримана в суд в качестве свидетеля, но ему в этом отказывают.

5 октября 2016 г. в судебном заседании - адвокат Магомедов А.М.  заявляет ходатайство о дополнительном допросе свидетеля Гюльмагомедовой  Х.А., которая может представить дополнительную информацию (флешку с рассказом о том, кто совершил убийство), гособвинитель категорически против. Приведу по протоколу судебного заседания полемику между обвинителем и защитником по этому вопросу: "Прокурор:…Одно из заинтересованных лиц будет нам сегодня рассказывать о том, что она что-то узнала и как-то узнала. Целый аппарат следствия работал, установило, кем совершено преступление, в связи с этим я против…Нам хотят сказать, что на видео выступает человек, о совершённом преступлении.  В этом случае я полагаю, что мы сталкиваемся неоднократно, и со свидетелями, и с другими лицами, которые меняют свои показания. Если нам представляют эту флешку, где юридическая сила этой видеозаписи, откуда оно произошло. Почему сторона защиты не обратилась в правоохранительные органы, что есть видеозапись. Полагаю, что обсуждению этот вопрос не подлежит. (пр.суд.зас. т.3 стр.359) " (Прокурор явно растерян и напуган! ) Адвокат: "…Лицо, которое на видеозаписи нам недоступно, и каким-то образом инсценировать невозможно, потому что лицо продолжает сидеть в СИЗО №1, а сегодня в СИЗО №4 г. Дербента." Далее суд допрашивает Гюльмагомедову без участия присяжных заседателей. Гюльмагомедова: "…Я каждый день хожу на работу в 6 утра, ко мне подошёл молодой парень, отдал мне флешку и сказал, что эта флешка нам поможет…Сегодня я пришла в суд и передала эту флешку адвокату…На флешке  изображён Баширов Нариман…"

Адвокат Квасов: "Если речь идёт о той самой видеозаписи, о которой идёт речь, то там свидетеля допрашивают, как я понял, в кабинете одного из оперативных подразделений, в ходе допроса он представляется и начинает всё это рассказывать. Этот вопрос давно уже висит …Ранее в судебном заседании Вы нам в предыдущем ходатайстве отказали, разъяснив, что надо обращаться в правоохранительные органы. А что делать в том случае, если правоохранительным органам эти обстоятельства известны, а они по какой-то причине это утаивают. Надо же было прекратить в этой части, либо расследовать…(стр.362) Прокурор: "Я против, потому что доводы основаны на догадках…) Суд отказывает в удовлетворении ходатайства о допросе Баширова: " Суд считает, что ходатайство не мотивировано, голословно, и ничем не подтверждено. Для проверки сообщений о совершённых преступлениях и причастных к ним лицах установлен иной порядок уголовно-процессуальным законом, в компетенцию суда это не входит…(стр.362)  (а как быть с требованием ст.74 УПК РФ: Доказательствами по уголовному делу являются любые сведения, на основе которых суд, прокурор, следователь, дознаватель в порядке, определенном настоящим Кодексом, устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела. Что мешало суду  хотя бы просмотреть флешку, а уже потом решать вопрос о допустимости информации, содержащейся на ней в качестве доказательства?)

Суд отказывает в просмотре флешки мотивируя это следующим образом:"…Предмет, о приобщении которого ходатайствует адвокат Магомедов А.М. не соответствует тем требованиям, которые предъявляется к доказательствам, предусмотренным ст.75 УПК РФ. Согласно этой норме закона, доказательства, полученные без соблюдения установленного законом порядка, не могут быть признаны допустимыми доказательствами." (пр.суд.зас.  т.3 стр. 361) После этого видеозапись с показаниями Баширова была выложена в интернет и стала достоянием гласности. (Таким образом становится совершенно ясно, что суд упрямо занял обвинительную позицию.)

Составленное мною подробное заключение по данному делу содержит более 95 страниц детального анализа и, разумеется, что докладывать всё заключение Президенту России я не собирался. Поскольку юридическая позиция осуждённых в данном случае крайне сложная, то в своём выступлении я хотел сделать только основные предложения: учитывая, что Гюльмагомедов А., Гюльмагомедов И., Абдурагимов и Османов осуждены на основании вердикта суда присяжных отмена приговора, даже основанного на фальсифицированных доказательствах, в рамках существующего кассационного уголовного процесса практически невозможна, поэтому я предлагаю использовать следующие заложенные в самом уголовном деле недостатки, позволяющие провести дополнительное расследование и выйти на вновь открывшиеся обстоятельства, которые  и могут послужить основанием для отмены приговора.

 Прежде всего необходимо провести прокурорскую проверку обоснованности отказа в возбуждении уголовного дела по пыткам и отменить это постановление. Это даст возможность говорить о вновь открывшихся обстоятельствах.

 30 октября 2014 г. следователь Даудов выносит постановление о розыске Куруглиева (т.14 л.д.195-200) На основании этого постановления заведено розыскное дело. Однако фактически никаких  материалов из уголовного дела не выделяется (само выделение носит формальный характер) и на сегодняшний день расследование  в отношении Куруглиева не ведётся. Это даёт повод для проведения прокурорской проверки и возобновления расследования пока без отмены приговора. По имеющимся  данным Куруглиев в настоящее время (ещё в 2017 году) вернулся в Российскую Федерацию.

По моему твёрдому убеждению Куругулиева никто не собирается искать, поскольку никакими доказательствами его вины следствие не располагает (именно поэтому и в отношении него вынесено постановление о применении к нему в качестве меры пресечения подписки о невыезде). Но, в тоже время, объявление его в розыск и предъявление к нему гражданского иска  даёт повод для его встречи со следователем и получения показаний, опровергающих версию следствия и приговор.

 В ходе нового расследования нужно проверить показания Баширова и изучить материалы по ликвидации названных им участников НВФ, которые совершили убийство Сафаралиева и с учётом изучения материалов в отношении ликвидированных бандитов  и показаний Баширова возбудить производство по вновь открывшимся обстоятельствам.

  Выполнение этих предложений даст основания для внесения надзорных протестов и отмены незаконного приговора.

Мы, конечно, от имени СПЧ направим заключение в органы прокуратуры, но очень жаль, что не сумели получить соответствующего поручения Президента России Генеральному прокурору.

Е.Мысловский


Социальные комментарии Cackle

© 1993-2019 Совет при Президенте Российской Федерации 
по развитию гражданского общества и правам человека

Ошибка в тексте? Выдели её и нажми:
ctrl + enter