Совет при Президенте Российской Федерации
по развитию гражданского общества и правам человека

Чиков Павел Владимирович
Руководитель Международной правозащитной группы "АГОРА"

О решении комиссии по этике

  • Опубликовано 16 Ноября 2014
  • 808 просмотров

Уважаемые коллеги,
Внимательно издалека понаблюдав за перипетиями этических изысканий среди группы членов уважаемого мной Совета, принял для себя следующее решение. Поскольку Елена Васильевна Масюк в течение целого года настаивает на сатисфакции причиненных ею нравственных страданий, следовательно, это имеет для нее какое-то особое значение. В связи с этим сообщаю нижеследующее. Если я каким-либо образом невольно унизил и оскорбил Е.В. Масюк в своем личном блоге в Твиттере, а равно в иных местах интернета, искренне сожалению и приношу свои глубочайшие извинения.
Поскольку краткое письмо Елизаветы Глинки не содержит какой-либо описательно-мотивировочной части, следует всё же напомнить уважаемым членам Совета предысторию вопроса. В сентябре 2013 года Надежда Толоконникова в ответ на систематические нарушения её прав со стороны администрации исправительной колонии 14 Мордовии объявила голодовку и опубликовала в интернете письмо с описанием условий содержания в этом учреждении. Письмо прочли 1,5 млн человек, оно вызвало огромный общественный резонанс. Совет активно принимал участие в судьбе Толоконниковой и других девушек с самого начала их уголовного преследования. На волне разразившегося скандала Совет принял решение направить в ИК-14 комиссию. М.А. Федотов предложил мне в нее войти, я отказался, сославшись на возможный конфликт интересов, поскольку возглавляемая мною Ассоциация АГОРА и ее адвокаты в течение года к тому времени осуществляли защиту Толоконниковой, Алехиной и Самуцевич. В комиссию в итоге вошли Масюк Е.В., Шаблинский И.Г., Каннабих М.В. и Мысловский Е.Н. По итогам посещения комиссия не нашла единого понимания, разошлась в оценках и опубликовала два доклада — один за подписью Шаблинского И.Г., второй за подписью остальных членов. Расхождения заключались в деталях, но в целом — в оценке серьезности нарушений и причин акции протеста. Поскольку они оба опубликованы, всякий может сложить собственное суждение. Основным обвинением в мой адрес со стороны Масюк Е.В. и Мысловского Е.Н. было утверждение о том, что голодовка Толоконниковой была организована извне. О такой версии им, в частности, сообщило руководство колонии. А поскольку так вышло, что один из адвокатов Надежды Ирина Хрунова является моей супругой, то был сделано вывод о моем участии во всей истории. Поскольку все предыдущие мои шаги и последующие события свидетельствуют скорее об обратном, моя реакция на подобные обвинения могла быть излишне эмоциональной. Ничем иным она не объясняется.
К слову никаких материальных выгод ни я, ни адвокат Хрунова, ни Агора в целом от работы по уголовному делу Толоконниковой от нее, ее сторонников, друзей, родственников, никогда не получали.
Позже факты нарушений условий содержания в ИК-14 были подтверждены проверками прокуратуры, ФСИН, Роструда. ФСИН принял решение изменить систему организации труда осужденных по всей стране. В течение 2014 года руководство ИК-14 было уволено, равно как и руководство Управления ФСИН по Мордовии. На волне общественного внимания к условиям содержания осужденных СКР возбудил ряд уголовных дел в отношении начальников несколько колоний в Мордовии.
Толоконникова была, как известно, амнистирована и освобождена в декабре 2013. Каких-либо претензий в мой адрес с ее стороны никогда не было. Если бы Толоконникова участвовала в обсуждении конфликтной ситуации, о чем я просил, члены Совета имели бы возможность получить интересующую информацию из первых уст. Более того, Агора продолжила представлять интересы Толоконниковой в судебных процессах в Конституционном суде и Европейском суде по правам человека. Я сейчас отвечаю за правовое направление в правозащитном проекте Толоконниковой и Алехиной «Зона права», который уже предоставил десяткам тяжело больных осужденных адвокатов.
Очевидно, что Совет многое сделал и продолжает делать для системных улучшений пенитенциарной системы. Вне всякого сомнения никто из членов Совета не желает ухудшения положения заключенных в стране. Это означает, что нет никакой пользы, кроме вреда, выяснять между собой отношения.
Жаль, что мне не была предоставлена возможность лично принимать участие в рассмотрении вопроса. Несколько раз на протяжении 2014 года я сообщал Елизавете Глинка о своем присутствии в Москве (я постоянно проживаю в Казани), равно как и о своем отсутствии в стране в течение ноября. Кроме того, при обсуждении не принимал участие никто из моих представителей. К слову, даже судам запрещено обязывать кого-либо приносить извинения, это не основанное за законе требование. Тем не менее, счел для себя и для дела необходимым это сделать. В большой степени, чтобы не было раздора между вольными людьми.


Социальные комментарии Cackle

© 1993-2017 Совет при Президенте Российской Федерации 
по развитию гражданского общества и правам человека

Ошибка в тексте? Выдели её и нажми:
ctrl + enter