Совет при Президенте Российской Федерации
по развитию гражданского общества и правам человека

"Спасибо вам, Доктор Лиза!" - интервью с членом СПЧ Елизаветой Глинкой о сентябрьской поездке в Сирию


"Спасибо вам, Доктор Лиза!" - такое название получило интервью с членом Совета при Президенте Российской Федерации по развитию гражданского общества и правам человека, главой благотворительного фонда "Справедливая помощь" Елизаветой Глинкой, опубликованное в газете "Красная звезда". В беседе с корреспондентом СМИ правозщитница рассказала о впечатлениях о поездке в Сирию и о том, как и почему она отдает свою жизнь нищим, раненным и больным. 


Спасибо вам, Доктор Лиза!

«Мне нравится помогать людям», – ответила Елизавета Петровна Глинка на вопрос, чем объяснить её устремлённость в «горячие точки»

Она прилетела ночью, а утром в Хмеймиме впервые с конца весны пошёл дождь. Добрая примета. И каждый из нас был рад сказать ей при встрече: «Здравствуйте, Доктор Лиза!» Представился и я Елизавете Петровне Глинке (на снимке вторая справа). В ответ она улыбнулась мне, и мы разговорились.

– Я уже два года не даю интервью, – сказала Елизавета Петровна, – но с вами побеседую.
Мы осматривали экспозиции музея на авиационной базе Хмеймим, другие объекты, побывали и на аэродроме у самолётов, вылетающих и возвращающихся с боевых заданий. В информационном пункте культурно-досугового центра Елизавета Петровна с интересом рассматривала выпуски номеров газеты авиационной базы, и тут её внимание привлекло лежавшее на столе одно из центральных изданий.

«Исцеление» – прочитал я анонсированный заголовок под снимком. На нём была запечатлена девушка, которая получила тяжелейшее ранение в Донбассе и после двух лет лечения в Москве стала первокурсницей столичного медицинского института.

– Юля Куренкова из Горловки… – с теплотой в голосе произнесла Доктор Лиза.

И я тут же вспомнил, что именно Елизавета Петровна спасла эту девочку. Буквально неделю назад Доктор Лиза вернулась из Донбасса. На этот раз она вывезла из Горловки, Макеевки и других городов юго-востока Украины 17 детей. И вот Хмеймим. Здесь тоже война.

Елизавета Петровна после короткого знакомства с авиабазой выехала с группой сопровождающих в город Латакию, в госпиталь Тишрин, в котором лечат сирийских детей. Я видел, как она потом выходила из палаты, смахивая слезу после осмотра ребёнка и разговора в присутствии переводчицы с его отцом.

Кстати, её переводчицей была врач-реаниматолог госпиталя Тишрин 26-летняя Мария Джанад, русская мама которой родилась в Сибири. Мария окончила университет Тишрин в Латакии. Русский язык она знает в совершенстве. Мария и оказывала помощь коллеге из России во время её общения с детьми и их родителями. Я потом сделал на память фото этих двух прекрасных самоотверженных женщин – Доктора Лизы и Доктора Марии.

Возвращаясь в Хмеймим, мы говорили о войне.

– Вы, Елизавета Петровна, сказали, что войны похожи одна на другую…

– Похожи в гуманитарном плане. В плане того, что рушатся семьи, рушатся социальные устои и прогрессирует бедность. А это очень страшно. Согласитесь, мало кого бедность делает достойным человеком. В большинстве своём она унижает. Очень мало сильных людей. Я сегодня видела многих из тех, кто беззащитен не только перед силой оружия, но и перед бедностью. В палате лежал мальчик. Он болен тяжело, болен лейкозом. Его отец, христианин, был одет в национальную одежду, видно, небогатый человек. У него не такие глаза, как у тех людей, которые имеют какую-то уверенность в завтрашнем дне. Увы, сегодня я видела очень мало людей, на лицах которых светилась бы надежда. Многие смертельно устали от этой долгой войны, кто-то из них уже во всём разуверился. Им говорят добрые слова, но поддержать их могут только конкретные действия, та же гуманитарная помощь.

– Елизавета Петровна, какие впечатления остались у вас от посещения авиабазы?

– Меня очень порадовало и даже удивило то, что наши военнослужащие так гуманно относятся к детям, к раненым, занимаются раздачей гуманитарной помощи населению сирийских городов и провинций. Это вообще-то не свойственно военным. Это миссия совершенно других организаций, которых здесь я не видела. Такой вывод я сделала не сегодня и не вчера. Я ведь ещё несколько недель назад получила предложение побывать в Сирии. Соответственно, перед поездкой многое уточнила, о многом навела справки. На вопрос, нужна ли гуманитарная миссия в этой стране, ответить можно только так: «Нужна, безусловно. И безусловно, больших объёмов по сравнению с тем, на каком уровне она осуществляется сейчас». Это жизненно необходимо. И очень приятно сознавать, что большую часть сделала армия.

«Дружеские связи, которые появляются на войне, – это совершенно другие взаимоотношения, чем сейчас в мирной жизни…»

 – Вам довелось сегодня побывать на аэродроме…

– Лётчиками я вообще восхищена. Это мой первый опыт полёта и общения с военными авиаторами. Знаете, война – удивительная вещь. Она и страшная, да, она и выхолащивает человека, делает его к каким-то вещам очень чувствительным, а к каким-то очень безразличным. Но вот дружеские связи, которые появляются на войне, – это совершенно другие взаимоотношения, чем в мирной жизни. Я не буду называть имена и фамилии людей, с которыми познакомилась в «горячих точках», в зонах боевых действий, но я восхищена их мужеством, добротой, мастерством.

– Мы сегодня видели в газете портрет девочки. Вспомним об этом трагическом случае…

– Юля Куренкова была одной из первых эвакуированных. Тогда произошла страшная горловская трагедия. Во время варварской бомбёжки сразу погибли 32 человека. Их телами был усеян весь парк. Там погибла женщина с маленьким ребёночком на руках, погиб и друг этой девочки. А Юлю спас мобильный телефон. Осколок прошёл по касательной, вырвав большую часть мышц бедра, кровеносных сосудов. Очень тяжёлая травма. И ожоги были, и разрыв барабанных перепонок, и контузия, и повреждён глаз. Очень пострадали в те дни два ребёнка. Так сказать, «парный» случай. Другой случай произошёл в городе Снежное Донецкой области. Обстрел начался ночью. Дом, в котором жил четырёхлетний Богдан, был разрушен прямым попаданием снаряда. Под упавшей бетонной плитой мгновенно погибла мама мальчика. А Богдан за несколько секунд до этого встал с постели, и ему придавило ножки той самой бетонной плитой. А потом уже завалило обломками дома. Мальчик пролежал, погребённый заживо, шесть часов. Я вывезла его вместе с Юлей Куренковой. Теперь Богдану уже не четыре, а шесть лет, он вернулся в Снежное, а Юля стала студенткой медицинского института в Москве.

«Им говорят добрые слова, но поддержать их могут только конкретные действия…»

 – Доктор Лиза, сегодня вы в Сирии. Я знаю, что вы регулярно выезжаете на юго-восток Украины.

– В Донбасс я езжу раз в месяц в течение двух с половиной лет. Доводилось работать и в зоне вооружённого конфликта в Нагорном Карабахе. Там я была незадолго до событий, начавшихся на Украине. Выезжала я и в Сербию после окончания боевых действий, когда там ещё действовали лагеря беженцев.

– Вы успешная, образованная женщина. Разумеется, могли бы жить себе спокойно в тепле и достатке, но душевная доброта и постоянная неуспокоенность направляют вас в «горячие точки», заставляют рисковать собственной жизнью…

– Признаюсь, что я очень интересовалась военно-полевой хирургией. Но девочке тогда ещё трудно было поступить на военно-медицинский факультет. Вот и не сложилось. Однако людям можно помогать не только непосредственно на поле боя. Поэтому я и помогаю. Вам как военному корреспонденту скажу, почему я занимаюсь гуманитарной миссией. Потому что у меня это получается, мне нравится помогать людям. Не получалось, я не занималась бы этой миссией…

– Не каждый знает о том, что у вас есть Дом милосердия.

– Вот именно. Я могла бы работать у себя в клинике. В моём Доме милосердия живут дети, пострадавшие от бомбёжек, обстрелов, подорвавшиеся на минных полях, – жертвы этой страшной гражданской войны на Украине. У меня в Москве проживают девять детей и девять родителей. Я могла бы только им посвятить остаток своей жизни. В Доме милосердия все дети – инвалиды. Без ног, без глаз, без рук. У меня нет ни одного здорового ребёнка. Но нельзя любить кого-то в отдельности. Надо любить всех или никого. В Доме милосердия проживает ещё и старушка. Ей уже под восемьдесят. У неё много заболеваний, сопутствующих этому преклонному возрасту. А главное, в душе и сердце старушки – незаживающая рана…

– Она тоже пострадала на войне?

– Да, и в прямом, и в переносном смысле. Пострадала на одной из войн. Я её нашла в Москве прямо на улице. Она ходила с останками сына-офицера, которые представляла для генетической экспертизы. Её сын погиб во взорвавшемся блиндаже. Сами понимаете, что осталось. Но генетическая экспертиза выдала результат совпадения в 80 процентов.

– Значит, остаётся надежда?

– Матерей никогда не оставляет надежда. Она не хоронила своего сына. И до сих пор не знает, жив он или убит. Она верит, что он жив. Поэтому, повторю, я могла бы заботиться только о тех, кто живёт в Доме милосердия. Ко мне привозили бы других пострадавших детей. Но я не могу не ездить.

– Елизавета Петровна, сегодня вы познакомились с многими военнослужащими на авиабазе Хмеймим. Что бы вы пожелали им?

– Я желаю всем мира, желаю скорейшего завершения этой вой­ны, а значит, и завершения операции, которую проводит наша авиагруппа. Дороже мира и здоровья, наверное, ничего нет на этом свете. Желаю всем вам вернуться к своим семьям, вернуться в нашу мирную жизнь.

 

*   *   *


Мне остаётся только добавить, что Доктор Лиза – Елизавета Петровна Глинка – член Совета при Президенте Российской Федерации по развитию гражданского общества и правам человека, а также исполнительный директор фонда «Справедливая помощь».

P.S. Когда Елизавета Петровна улетела из Хмеймима, к нам в редакцию «Русского витязя» пришёл военнослужащий и посетовал, что ему не удалось встретиться с Доктором Лизой. Его восьмилетней дочери, возможно, поставили ошибочный диагноз. Но не исключено и серьёзное заболевание. Прапорщик хотел проконсультироваться с Доктором Лизой, но не получилось – был на боевом дежурстве.

Я тут же связался с Елизаветой Петровной, и она любезно согласилась выслушать обеспокоенного отца ребёнка. В том, что она не откажет в помощи, я не сомневался ни минуты. Но что самое удивительное – это оперативность. Через сутки пришла радостная весть – девочку обследовали буквально на следующий день, на следующее утро. Заключение – ребёнок совершенно здоров. Это сообщение буквально окрылило отца, который продолжает выполнять специальные задания в Сирии. Спасибо вам, Доктор Лиза!

Источник: Красная звезда

Поделитесь в соцсетях:

© 1993-2016 Совет при Президенте Российской Федерации 
по развитию гражданского общества и правам человека

Ошибка в тексте? Выдели её и нажми:
ctrl + enter

 

Предыдущая версия сайта