Совет при Президенте Российской Федерации
по развитию гражданского общества и правам человека

Член СПЧ Екатерина Винокурова: "Дело против депутата Юрия Волнова закончилось победой гражданского общества"

07 Апреля 2019

Совет при Президенте Российской Федерации по развитию гражданского общества и правам человека приветствует решение суда по уголовному делу против депутата столичного района Преображенское Юрия Волнова, который обвинялся в оскорблении представителя власти после небольшого рабочего конфликта с председателем Совета депутатов района.

Дело в отношении Волнова находится на контроле правозащитников и близится к благоприятному исходу, о чем рассказала член СПЧ Екатерина Винокурова.

"Мы внесли скромный вклад в историю, закончившуюся победой гражданского общества. Речь идет о деле против московского муниципального депутата Юрия Волнова, за него вступались Генри Маркович Резник и я. Дело будет закрыто", - заявила Винокурова.

"Сложно сказать, что именно было решающим фактором. Наверное, все сразу. Разные усилия разных групп и людей сложились и дали синергетический эффект... Это также известные общественные деятели, организации и СМИ, принявшие так или иначе участие в освещении этой истории. Например, Екатерина Винокурова, журналист и член СПЧ, опубликовала в своем блоге пост в мою поддержку, а также попросила адвоката Генри Резника проконсультировать моих защитников по тактике защиты в суде", - рассказал Волнов.

Подробности истории представил адвокат Алексей Васильев:

Родилось это дело на ровном месте. В первый рабочий день прошлого года, 9 января, состоялось заседание Совета депутатов Преображенского. На нём при обсуждении чисто процедурного вопроса - о возможности присутствующих жителей после отчёта руководителя ГБУ "Жилищник" высказать ему свои претензии - между заместителем Председателя Совета Артем Киселев и Юрием Волновым возникла перепалка, в ходе которой в адрес Киселёва прозвучало слово "уголовник".

Нарушение депутатской этики? Что есть - то есть. Но никак не более! Однако уязвлённый Киселёв написал в Преображенскую межрайонную прокуратуру заявление с просьбой привлечь Волнова к уголовной ответственности. А наш межрайонный прокурор Кобзарев (с хорошей, кстати, наследственностью сотрудник - папа прокурорский генерал, и сын по стопам пошёл) направил материал в Преображенский следственный отдел Следственного комитета - для решения вопроса о возбуждении уголовного дела.

Три месяца материал перепихивался по маршруту Преображенский следственный отдел - следственное управление по Восточному округу - Преображенский следственный отдел - Главное следственное управление по Москве - следственное управление по Восточному округу - Преображенский следственный отдел. Закончился сей перепихон возбуждением уголовного дела по статье 319 Уголовного кодекса - оскорбление представителя власти. Причём дело было возбуждено "в отношении неустановленного лица" и без указания на конкретные оскорбительные слова.

По делу назначается комплексная судебная экспертиза, состоящая из исследования видеозаписи и лингвистического исследования. И вот к каким интереснейшим выводам пришёл эксперт Российского федерального центра судебной экспертизы при Министерстве юстиции:

"говорящий, используя указанную номинацию "уголовник", противопоставляет М2 всем остальным участникам разговора за счет приписывания ему негативного отношения к закону, оценивает его как личность, способную на преступление, в отличие от самого говорящего, который относит себя к тем, кто закон не нарушает, т.е. М1 ставит себя выше М2. При этом не имеет значения, соответствует ли каким-либо образом данная информация (о приписываемом М2 нарушении закона) действительности или нет, поскольку в данном контексте номинация "уголовник" используется не с информативной целью, т.е. не для указания на реальные обстоятельства и факты действительности, а для выражения негативных эмоций";

"коммуникант М2 (исходя из постановления о назначении экспертизы Киселёв А.В.) оценивается отрицательно; использование негативно-оценочной номинации "уголовник" в данной коммуникативной ситуации свидетельствует о выраженности негативного отношения к нему, превосходства над ним, понижении его социального статуса";

"в высказывании реализуется речевая цель "информирование о негативном (неуважительном, презрительном) отношении".

При этом эксперт подчеркнул, что слово "уголовник" "относится к разговорной лексике, не выходящей за пределы русского литературного языка", а "лингвистические признаки неприличной формы выражения" в этом высказывании отсутствуют.

Итого: "В результате сопоставления выявленных в исследуемом высказывании признаков с диагностическим комплексом значения "унизительная оценка лица" установлено их полное совпадение", а "В результате сопоставления выявленных признаков слова "уголовник", произнесенного в указанной коммуникативной ситуации, с диагностическим комплексом "неприличная форма" установлено их различие".

После такого поразительного заключения эксперта следователь должен был немедленно прекратить уголовное дело за отсутствием состава какого-либо преступления в действиях "неустановленного лица". Вместо этого Преображенский следственный отдел привлёк Юрия Волнова как подозреваемого - но не в оскорблении представителя власти, а в клевете с использованием служебного положения, и уже с конкретным вменением слова "уголовник". А вскоре и.о. руководителя Главного следственного управления Следственного комитета по Москве Стрижов (после ареста предыдущего руководителя ГСУ Дрыманова в июле прошлого года новый так до сих пор и не назначен; в Москве сейчас вообще ни прокурора города, ни руководителя ГСУ СК - и там и там и.о.) вынес постановление о привлечении Юрия Волнова как обвиняемого - он ведь депутат, а значит, спецсубъект, которого никакой следователь самостоятельно обвинить не может.

Полностью наплевав на заключение эксперта и смешав всё в одну дурно пахнущую кучу, полковник юстиции Стрижов обвинил Волнова, что тот высказал "сведения, порочащие честь и достоинство Киселева А.В., подрывающие его репутацию в глазах избирателей, доподлинно осознавая, что данное заявление не соответствует действительности, является вымышленным, надуманным, голословным и не имеет под собой никакой доказательственной базы, заведомо осознавая ложность сообщаемых им сведений, порочащих честь и достоинство Киселева А.В., подрывающих репутацию последнего в глазах избирателей, и желая их распространить, доведя данное высказывание до большого круга обезличенного числа лиц, явно пытаясь придать публичности свои преступные высказывания, желая наступления указанных выше последствий и продолжая реализовывать свои преступные намерения, в присутствии других лиц, в том числе и избирателей, назвал Киселева А.В. "Уголовник!". Оценить этот шедевр следственной мысли предлагаю каждому самостоятельно.

Со второй попытки обвинительное заключение по делу (по существу при этом никак не изменившееся) ушло мировому судье. 28 февраля, в последний день зимы, состоялось первое заседание по данному делу. К защите Юрия вместе со мной приступил адвокат Михаил Бирюков, депутат Красносельского района. Обвинение поддерживал заместитель Преображенского межрайонного прокурора.

Продолжалось оно недолго. Мировой судья Анжела Гюнашян, увидев, сколько людей пришло поддержать Юрия, перенесла заседание на 21 марта под предлогом неуведомления адвокатов за пять дней.

21 марта помещение мировых судей вновь было переполнено людьми. Судебные приставы, специально прибывшие на это заседание аж на двух микроавтобусах и одном легковом автомобиле, ограничили проход в зал. Удалось лишь открыть дверь зала, чтобы стоящие в коридоре могли слышать, что происходит в заседании.

В связи с болезнью судьи Гюнашян дело было передано мировому судье Наталье Кривёнковой. И её решения оказались совершенно неожиданными!

Сначала она отказала нам в ходатайстве о возвращении дела прокурору (ходатайство мы заявляли по формальным основаниям - указание в обвинительном заключении на причинение Киселёву морального вреда при том, что в предъявленном Волнову обвинении про моральный вред ничего не сказано). Но после оглашения обвинения (уже простым помощником прокурора) судья сама поставила на рассмотрение вопрос о возвращении дела прокурору! Гособвинитель, разумеется, возражал, а мы, разумеется, горячо поддержали.

И судья не просто вынесла постановление о возвращении уголовного дела прокурору, а включила в него совершенно зубодробительные формулировки! Читайте и наслаждайтесь:

"В соответствии с ч.3 ст.128.1 УК РФ уголовная ответственность наступает за совершение клеветы, то есть за распространение заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство другого лица или подрывающих его репутацию, с использованием своего служебного положения.

По смыслу закона клевета является посягательством на честь, достоинство и репутацию гражданина. С объективной стороны клевета выражается в активном действии, связанном с распространением заведомо ложных сведений, которые должны касаться фактов. С субъективной стороны клевета характеризуется прямым умыслом, при котором виновный должен заведомо сознавать ложность сообщаемых им сведений.

Для установления наличия в действиях виновного лица состава преступления необходимо, чтобы распространяемые порочащие сведения являлись для него заведомо ложными. Высказываемые же оценочные суждения, мнения, убеждения, которые являются выражением субъективного мнения и взглядов лица о потерпевшем не образуют состава клеветы.

При составлении обвинительного заключения нарушены положения ч.1 ст.220 УПК РФ, поскольку оно не содержит описания диспозитивных признаков объективной стороны вмененного Волнову Ю.А. преступления, а именно не следует, что он совершил распространение заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство другого лица и подрывающих его репутацию, с использованием своего служебного положения.

В силу ст.297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым. Таким признается приговор, если он постановлен в соответствии с требованиями Уголовно-процессуального кодекса и основан на правильном применении уголовного закона.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, что влечет возвращение уголовного дела прокурору, поскольку данные обстоятельства исключают возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения и не могут быть устранены судом".

То, о чём мы дважды писали следователю при ознакомлении с материалами уголовного дела после завершения сначала первого следствия, а затем доследования.

То, о чём мы дважды писали прокурору, когда уголовное дело находилось у него на утверждении обвинительного заключения.

То, что наши правоохранители в упор не желали слышать.

То, что мы собирались положить в основу линии защиты на суде.

И судья сама отметила все эти важнейшие теоретические постулаты, решив, что их нарушение не позволяет даже рассматривать дело!

Как выясняется, не так всё плохо в России с независимостью судей!

У прокуратуры было десять дней на обжалование этого постановления. И она своим правом воспользовалась. Однако судья вернула прокурору его апелляционное представление в связи с нарушением установленных УПК требований к нему, установив срок для исправления недостатков - 12 апреля. (Это как же надо было накосорезить, чтобы судья вернул апелляционное представление прокурора!)

Ждём 12 апреля. Если прокуратура одумается - дело вернётся ей, а от неё спустится в Преображенский следственный отдел - на второе по счёту доследование. Которое, по уму, может завершиться только прекращением дела с признанием за Юрием Волновым права на реабилитацию.

Ну а если апелляционное представление всё же будет подано - что ж, мы готовы защищать свою позицию в Преображенском райсуде. Наше дело правое!

Источник: Алексей Васильев в Facebook

Поделитесь в соцсетях:

© 1993-2019 Совет при Президенте Российской Федерации 
по развитию гражданского общества и правам человека

Ошибка в тексте? Выдели её и нажми:
ctrl + enter